В Первомайском районном суде города Бишкека проходит судебное заседание по уголовным делам, возбужденным по аварии на столичной ТЭЦ. Всего возбуждено четыре уголовных дела.

На этом заседании свидетели дали показания, стал известен ряд обстоятельств, которые вызвали вопросы.

Некоторые адвокаты заявили, что следствие, не изучив действительные причины аварии тщательно, не определив ответственность подозреваемых объективно, выдвинуло необоснованные обвинения.

Основные выводы комиссии и следствия

Следственные органы в рамках возбужденных уголовных дел основывались на выводах комиссии и определили три основные причины производственной аварии на Бишкекской ТЭЦ. Это отсутствие обогрева цеха, в котором находились котлы, использование для обогрева оборудования химически обессоленной воды, которой потом не хватило для турбин. Также было отмечена плохая связь между персоналом в предупреждении аварии.

В заключении Государственной комиссии по экологической и технической безопасности от 8 февраля 2018 года основной причиной аварии на ТЭЦ указано нарушение персоналом правил предупреждения чрезвычайных ситуаций.

Там отмечено, что в турбины не поступило достаточного количества химически обессоленной воды, что в итоге привело к замерзанию котлов. В акте говорится, что другой причиной являются ошибки в работе административно-технического персонала ТЭЦ и ОАО «Электрические станции».

Данное заключение, в котором говорилось о даче оценки действиям на тот момент руководителя «Электрических станций» Узака Кыдырбаева, руководителя ТЭЦ Нурлана Омуркул уулу и еще 15 сотрудников, было направлено на рассмотрение правительственной комиссии.

Председатель межведомственной комиссии при Госэкотехнинспекции Данияр Сакеев сообщил, что дал показания в суде по аварии:

— Пошел в суд и дал показания по поводу обстоятельств, изученных нами в начале года. Добавить к этому нечего. В суде мы дали такие же показания, как и во время следствия. Потому что к нашему анализу нового не добавишь. Сколько времени прошло с того времени? Мы работали только в рамках межведомственной комиссии, созданной Госэкотехинспекцией. После нас работали правительственная и парламентская комиссии, которые устанавливали причины аварии.

О причинах аварии

Следственные органы при установлении причин аварии сделали особый упор на отсутствие должного обогрева котельной и замерзшее оборудование.

В обвинительном заключении отмечено халатное отношение персонала, то, что окна в цехах не были застеклены и не был проведен ремонт. Сторона защиты такие факты подтверждает, отмечая, что это были косвенные обстоятельства, но истинные причины кроются в другом. По их мнению, основной причиной аварии стало неправильное распределение воды в химическом блоке. В экспертном заключении говорится, что даже если в сильные холода химобессоленная вода будет поступать в турбины в достаточном объеме, то это не приведет к замерзанию котлов, оборудования и труб.

Адвокат Бактыбек Жумашев считает, что следствие не установило действительные и основные причины аварии, вместо этого оно сделало упор на совсем других вещах:

— Возле окна, оказывается, есть датчик, показывающий уровень воды. Этот прибор сломался. В соответствии с этим не было возможности проконтролировать объем воды. Установлено, что это было первоначальной причиной. Было экспертное заключение, в котором говорится, что если бы тогда сотрудники увидели нехватку воды, то направили бы воду из других котлов, и аварии не было бы. На тот момент в цехе не работали резервные котлы.

В настоящее время старый химический цех обеспечивает водой ТЭЦ. Там достаточно ресурсов для обеспечения водой. Химобессоленной воды хватило бы и в день аварии. Но в соответствии с заключением наших экспертов, воду просто неправильно распределили. По этой причине насосы не смогли подать воду в основные турбины, поэтому вода осталась в трубах.

Других существенных причин аварии нет. Это была просто халатность. Если сейчас при минус 10-15 градусах неправильно распределят воду по турбинам, то снова может сложиться аварийная ситуация. Следствие это изучило. Но следствие делает упор не на действительных и основных причинах, а на второстепенных обстоятельствах.

В ходе судебного процесса по уголовным делам вокруг аварии на Бишкекской ТЭЦ показания дали основные и дополнительные свидетели, адвокаты и гособвинители задавали вопросы для установления основных причин происшествия. Большинство свидетелей говорили о слабой коммуникации между персоналом в условиях предупреждения чрезвычайной ситуации и о том, что оборудование и цеха не были подготовлены к сильным холодам.

Не изученные загадочные обстоятельства

Во время опроса свидетелей стало известно, что перестали работать датчики объема воды и манометры насосов, а вода не поступала в достаточном объеме из химического цеха в турбины.

На тот момент начальник смены химического цеха Надежда Цапенко отметила, что внимание не обратили «­­­на задвижку на 14-й отметке и пошла ли по турбинам вода»:

— Я сказала, что сейчас получила такую информацию: у котельщиков на 14-й отметке имеется вот такая-то задвижка. Если эту задвижку закрыть, то нашей воде сопротивления не будет, вода будет лучше туда продвигаться. И все. То есть, я сама лично в тот день возле этой задвижки не была, поэтому я не могу сказать, открыли они ее или нет в тот момент. После многократные проверки показали, что когда у котельщиков включается насос дренажных вод, то в химцехе расход воды садится.

Вы можете у Омуркул уулу спросить, кому он звонил по телефону. Потому что он кому-то позвонил, не прошло и пяти минут, как нагрузка на воду, которую мы не могли протолкнуть, выросла сразу же на 380 тонн. Можно же у Нурлана Омуркул уул спросить, что был такой момент, начальник смены зашла, вы набрали номер телефона и кому-то позвонили, дали указания. Тем более, он у меня сам спросил: «Это в районе 14 котла?»­­­. Я казала, что да. Если он, конечно, откажется, то тут, извините, я бессильна что-либо доказать. Но свидетели в этот момент у меня рядом были.

Надежда Цапенко в объяснительной написала, что о наличии технической ошибки во время подачи химобессоленной воды в турбины стало понятно на следующее утро — 27 января. По ее словам, они на тот момент находились в цехе с другими сотрудниками и сразу сообщили о происходящем руководителю ТЭЦ Нурлану Омуркул уулу.

Один из сотрудников в объяснительной сообщил, что такие случаи регистрировались и ранее, объем воды в турбинах зависит от того, открытыми или закрытыми были задвижки. Чтобы получить ответы на эти вопросы связаться с Нурланом Омуркул уулу нам не удалось. Ранее же Нурлан Омуркул уулу основной причиной аварии называл то, что не был построен химический цех:

Главная причина аварии – то, что не построили химический цех во время модернизации Бишкекской ТЭЦ. Но чтобы информация не ушла в широкие массы, сначала вину возложили на насосы. Тогда я сказал, что причиной аварии стало то, что не построили химцех. Нам говорили не допускать критики модернизации.

30 января во время разбирательств по аварии я сообщил, что химцех не был построен, а авария произошла из-за того, что воды не хватило на старую и новую станции. Через день меня уволили с работы. В список виновных за аварию включили многих специалистов ТЭЦ, но они не виноваты. Я не могу сказать, что на них нет никакой вины, но основная ответственность лежит не на них. Корень проблемы лежит в том, что в рамках модернизации хне был построен имцех. Мощностей старого химцеха не хватило на новый и старый блоки.

Согласно заключению межведомственной комиссии, в качестве основной причины, которая привела к аварии на ТЭЦ города Бишкека, была указана нехватка в химическом цехе обессоленной воды. Подтверждением этому являются восстановленная хронология событий того дня, телефонные переговоры технического персонала во время аварии и показания свидетелей.

В обвинительном заключении следствия нехватка химически обессоленной воды объясняется тем, что во время модернизации ТЭЦ не был построен новый химический блок.

Между тем сторона защиты отмечает, что органы следствия при этом не дали оценку тому, что нехватка воды также возникла из-за ее нерационального использования и что действиям технического персонала в этом вопросе не была дана оценка. Дело в том, что время следствия было заключение предыдущей комиссии, которая выяснила, что обессоленная вода использовалась не по целевому назначению — для подачи пара, разогрева оборудования и труб, а также мытья и ополаскивания резервных котлов.

Большинство свидетелей в ходе допросов сказали, что «для предотвращения аварии главный инженер и его заместитель могли бы вызвать начальников котельной, химического блока и турбинного цеха, дав задание срочно начать экономно расходовать очищенную воду, тем самым исправить сложившуюся ситуацию».

Бывший главный инженер Бишкекской теплоэлектроцентрали Нургазы Курманбеков отказался отвечать на вопросы по этому поводу:

— Сейчас я ничего не могу сказать. Все, что надо было сказать, я озвучил на суде. По этому вопросу у каждого ведь свое мнение. На данный момент в суде опрашивают свидетелей. Поэтому ответить на данный вопрос я пока не могу.

По факту аварии на ТЭЦ города Бишкека было возбуждено уголовное дело по статье 221 («Злоупотребление полномочиями служащими коммерческих или иных организаций») Уголовного кодекса КР в отношении бывшего руководителя Национального энергохолдинга Айбека Калиева, его заместителя Нурлана Садыкова, экс-председателя ОАО «Электрические станции» Узака Кыдырбаева, его заместителей Бердибека Боркоева и Алмаза Жусупбекова, а также экс-директора теплоэлектроцентрали Нурлана Омуркул уулу и главного инженера предприятия Нургазы Курманбекова.

Эта статья предусматривает наказание за использование служащим коммерческой или иной организации своих распорядительных или иных управленческих полномочий вопреки интересам этой организации. Кроме того, в отношении этих чиновников также было возбуждено уголовное дело по факту халатности, которая привела к аварии на ТЭЦ Бишкека.

Недостатки в выявлении персональной ответственности

Среди документальных подтверждений, которые обнаружила комиссия, есть и отчеты о полной готовности Бишкекской ТЭЦ к отопительному периоду, подписанные заместителем председателя ОАО «Электрические станции» Бердибеком Боркоевым и направленные в адрес Национального энергохолдинга, а также правительства КР.

Адвокат Айбека Калиева Бактыбек Жумашев считает, что обвинения его подзащитному предъявлено необоснованно, так как согласно законодательству, руководитель Национального энергохолдинга не может вмешиваться в хозяйственную деятельность предприятий.

«В материалах уголовного дела нет ни одного доказательства, которые подтверждали бы вину Айбека Калиева, — говорит он. – Там нет ни одного подтверждения того, каким образом Айбек Калиев своими действиями мог нанести материальный ущерб. До него в письменном виде не доходила информация о том, что на Бишкекской ТЭЦ сложилась такая ситуация. Ели бы к нему поступило бы письменное предложение о том, что «необходимо застеклить цеха ТЭЦ», а Айбек Калиев специально не стал бы обращать на это внимание и не принял бы меры, даже тогда вопрос о его персональной ответственности был бы спорным.

Потому что Айбек Калиев не являлся руководителем ТЭЦ города Бишкека. Этот объект находится в ведении ОАО «Электрические станции», 80% акций которого принадлежит Национальному энергохолдингу. И согласно законодательству акционер не имеет права напрямую вмешиваться в деятельность акционерного общества. Это требование Гражданского кодекса КР и Закона «Об акционерных обществах». А раз руководитель Национального энергохолдинга не может вмешиваться в деятельность ОАО, то и за хозяйственную деятельность предприятия ответственности он нести не может.

У акционерного общества есть свое руководство. В данном случае Национальный энергохолдинг занимается лишь общей координацией политики энергетических компаний. Если Айбек Калиев, минуя руководство ОАО «Электрические станции», стал вмешиваться в хозяйственную деятельность ТЭЦ города Бишкека, это действительно было бы нарушением закона. Поэтому обвинение Айбека Калиева по вышеуказанной статье не является обоснованным»­­­​.

Оценка персональных действий

Сторона защиты также поинтересовалась тем, почему работники Бишкекской теплоэлектроцентрали за неделю до аварии подготовили девять резервных котлов в связи с предупреждением Министерства чрезвычайных ситуаций, но в критической ситуации эти котлы не были введены в эксплуатацию.

Начальник службы надежности и техники безопасности ТЭЦ города Бишкека Павел Иконников заявил, что есть несколько причин аварии, в том числе, это несогласованные действия персонала, из-за чего резервные котлы и не были вовремя включены:

— К аварии привели несогласованные действия персонала. Резерв включить не успели. Потому что для включения резерва нужно время, а времени не хватило. Несколько причин соединились в одну, поэтому случилась авария. Если что-то было бы изменено, аварии не было бы: не было бы минусовой температуры такой, и все осталось бы; хватило бы [химобессоленной] воды, все бы осталось; персонал своевременно друг с другом по-нормальному бы поговорил, вовремя сообщил — тоже можно было бы проблему решить, понимаете? За все, что находится в цехе, отвечает начальник цеха, а остальные, которых вы назвали, это все курируют и контролируют.

Тем не менее заместитель начальника производственно-технического отдела ОАО «Электрические станции», член межведомственной комиссии по изучению причин аварии Урматбек Мамбетов считает, что нельзя рассматривать три главных причины, которые привели к аварии, отдельно друг от друга. Потому что, по его словам, все обстоятельства и причины случившегося находятся в непосредственной связи друг с другом.

«По поводу всех этих обстоятельств во время следствия мы уже отвечали на вопросы, давали показания, — говорит он. – Также мы работали в комиссии, созданной Госэкотехинспекцией после аварии, входили в рабочую группу. Мы выявили и озвучили три главные причины, которые привели к аварии. И выделить одну из них, сказав, что именно из-за этого случился сбой, нельзя.

Потому что все эти три обстоятельства тесно связаны между собой. Рассматривать что-то одно из них независимо от остальных невозможно. Тут причина аварии былакомплексной. В ходе разбирательства мы изучили все обстоятельства, выделив среди них три взаимосвязанных причины»­­­.

По факту аварии на ТЭЦ города Бишкека и ее модернизации было возбуждено в общей сложности четыре уголовных дел. 26 января 2018 года на Бишкекской теплоэлектроцентрали произошла авария, в результате которой жители и учреждения столицы почти на четыре дня остались без тепла и горячей воды. Уголовные дела, в рамках которых расследуются факты коррупции при модернизации ТЭЦ, еще не завершены и не переданы в суд.

 

Источникhttps://rus.azattyk.org/

ОТВЕТИТЬ

Введите комментарий
Введите имя

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.