Изначально сам конструкт и команда экс-президента прекрасно понимали, что время их правления подходит к концу, поэтому они готовились и изменили в 2016 году Конституцию, чтобы максимально сохранить свое влияние в будущем. Были значительно расширены полномочия президента, а на ключевые посты вокруг него назначены максимально лояльные к экс-президенту люди.

Поэтому двоевластие оказалось неминуемым, хотя никто из них этого не хотел. Атамбаева подвело чувство самоуверенности, так как последние 2-3 года он был настолько всевластен, что был даже подавлен Жогорку Кенеш, а вся судебная система оказалась подконтрольной. Власти ее руками провели судебные процессы против своих политических оппонентов и независимых СМИ.

В такой атмосфере вседозволенности человек потерял чувство реальности. Президент все-таки – высшая должность в стране, президентом не становятся люди без амбиций, поэтому сейчас экс-президент, наверное, чувствует себя обиженным и разочарованным, что видно по интервью, которые он раздает, а наиболее ярко это выразилось в его речи 31 марта на съезде СДПК и вылилось на общественность.

У действующего президента сейчас есть рычаги административного влияния и государственные институты, но ему очень непросто, потому что на стороне его нынешнего главного оппонента – экс-президента – сосредоточены весьма и весьма серьезные ресурсы, как финансовые и институциональные, так и интеллектуальные и медийные.

Если посмотреть на медийный рынок страны, в руках команды Алмазбека Атамбаева сконцентрировано очень много средств массовой информации – как печатных или телевизионных, так и интернет-ресурсов. Кроме того, на них работают опытные политтехнологи, между которыми налажены прочные связи, и у всех у них накоплен достаточно богатый политический опыт.

Они используют методы айкидо и все, что сейчас происходит положительного, представляют как результат деятельности прежнего президента, а все отрицательное якобы происходит из-за нынешних властей. Они говорят, что идет концентрация власти в одних руках, но, извините, как раз абсолютная монополизация власти в руках аппарата президента произошла в последние два года.

Они сейчас разыгрывают региональную карту и нынешний президент весьма стеснен в выборе людей себе в команду и вынужден щепетильно учитывать этот региональный фактор. Разыгрывается также карта семейного управления и они даже говорят о начале политических гонений в отношении команды экс-президента под видом борьбы с коррупцией. Однако ровным счетом то же самое они делали сами.

Экс-президент часто воспринимает обычную критику как личное оскорбление. В выступлении Сооронбая Жээнбекова 8 февраля на Совете безопасности на самом деле не было никаких персональных выпадов, но Атамбаев воспринял это как личное оскорбление, особенно слова президента о высокой степени коррупции, и ответил на это, причем ответил в персональной плоскости.

Мол, я боролся, я много чего сделал, а вы хотите нивелировать все, что я сделал. Но против цифр, против объективности трудно идти. Если бы действующий президент не ответил на такие персональные выпады, он бы сильно проиграл в общественном мнении – ведь он только пришел к руководству страной и не может себе позволить нести столь репутационные потери. А его публично оскорбили.

И своими ответными действиями Жээнбеков показал, что у него теперь нет обязательств перед экс-президентом. И на Совбезе он тоже правильно расставил приоритеты, говоря о коррупции в правоохранительных органах и судебной системе. Есть неписаные правила, новый руководитель приходит со своей командой или должен сам ее формировать, а его заранее обложили старыми кадрами.

Как можно обвинять действующего президента в том, что он зачитал бумагу, которую ему подсунули? Он ведь мог вообще отложить все заготовленные заранее бумаги и говорить от себя, экспромтом. Это часто делал и сам бывший президент, но почему он отказывает в таком праве президенту новому? И рядовые граждане согласились с действиями президента, потому что экс-президент возражал не по сути поднятой проблемы.

Каждому человеку хочется гарантий безопасности, гарантий неприкосновенности капитала и в то же время каждому хочется выглядеть ангелом или спасителем нации. Но не у каждого это получается. Атамбаеву, наверное, очень горько сознавать, что за столь короткий срок – прошло всего 5 месяцев – он напрочь потерял общественное доверие.

Если мы посмотрим общественный дискурс – в любом общественном месте, в соцсетях, в беседах во дворе, везде – все разговоры можно охарактеризовать двумя словам: «Достал всех», – поэтому идет активное его отторжение. В то же время у ныне действующего президента уровень общественного доверия очень высок, редко у кого такое было. Во время выборов он не пользовался такой популярностью.

Во время предвыборной кампании ситуация вообще была неоднозначной, но потом вдруг, за пару месяцев появилась однозначная влюбленность общества в президента. И эту любовь к Сооронбаю Шариповичу спровоцировал Алмазбек Шаршенович своими бесконечными посягательствами. И сами выборы и все их перипетии народ забыл, потому что думает: «Слава Богу, что он ушел», – и все с ним попрощались.

И вдруг, когда он начал показывать амбиции по своему возвращению, народ всколыхнулся и сказал: «Мы однозначно хотим Вас, дорогой Сооронбай Шарипович, мы Вас поддержим, мы Вас любим, уважаем, только избавьте нас…» И это все сделал сам Атамбаев, он всколыхнул все это. Осознанно или неосознанно – другой вопрос. Может, он действительно думал, что все в него влюблены… Но народ от него устал.

Когда у человека такая абсолютная власть, он теряет чувство реальности, поэтому их планирование сразу дало сбои. Тем более, что и в парламенте сидят несамостоятельные депутаты, избиратели выбрали «кошельков», получился олигархический Жогорку Кенеш, а олигархи зависят от своей собственности. Чем больше у тебя собственности, тем больше ты зависим.

Потому что когда не работают законы и принцип верховенства права, а правоохранительные и судебные органы абсолютно подконтрольны – человек ничем не защищен, и риск того, что у него будут отнимать собственность по беспределу, как это случилось с Нариманом Тюлеевым или с «Вечерним Бишкеком», очень высока. И действительно это происходит.

И другие богатые люди ведь все это видят и понимают, насколько они беззащитны. Поэтому парламент у нас зависимый и ведомый. Кто выступает в парламенте иногда в защиту народа? Это единицы, у кого нет собственности, это Наталья Никитенко, это Жанар Акаев, те, кому не за что дрожать. Однако большинство не такое, и ведь народ обвиняет власти в безнравственности, а сам выбирает таких депутатов.

Они выбирают некоторых, прекрасно зная, что они воры, их богатства добыты нечестным путем, что они непрофессионалы и так далее, но на всех торжествах предоставляют им самые почетные места и ходят перед ними на полусогнутых – это поощрение обществом всего этого безобразия. Элита устанавливает такие безнравственные правила, но и общество эти правила принимает.

Раньше люди боялись – что скажет народ? А сейчас «пипл все хавает» и еще раболепно перед такими людьми выслуживается. И до тех пор, пока не будут работать институты общественного порицания, до тех пор, пока интеллигенция не всколыхнется и не задумается над своим предназначением а предназначение интеллигенции – это воспитание общества, предложение положительных нравственных примеров, – ничего не изменится.

 

Источник: http://narynaiyp.com/

ОТВЕТИТЬ

Введите комментарий
Введите имя

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.